ПИСЬМЕННОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ Министра финансов Российской Федерации, Управляющего МВФ от Российской Федерации А.Г. Силуанова в преддверии 54-ого заседания МВФК 17 октября 2026, г. Бангкок

Перспективы мировой экономики



Потенциал мировой экономики по-прежнему ограничен внешними источниками нестабильности. Продолжение конфликта на Ближнем Востоке дестабилизирует нефтяной рынок, истощая резервы устойчивости. Падают запасы энергоносителей и свободные мощности нефтедобычи, а состояние бюджетов не позволяет эффективно помогать производителям и защищать потребителей от роста цен. Все это только усугубляет и без того повышенную уязвимость мировой экономики.



Тем не менее, торговые ограничения не ослабевают, бесконтрольная бюджетная экспансия продолжается, а ситуация с госдолгом и условиями его обслуживания становится все хуже. В 2025 году глобальный госдолг достиг 93,9% мирового ВВП, а к 2029 году приблизится к 100%. Рост стоимости заимствований показывает, что рынки обеспокоены бесконтрольными госрасходами и требуют более высоких премий за риск. Только страны ОЭСР тратят на обслуживание долгов более 2 трлн долларов в год — около 3,3% своего ВВП, а по итогам 2026 года новые заимствования составят 18 трлн долларов, из которых 78% пойдет на рефинансирование уже существующего долга1.



В таких условиях поддержание макроэкономической стабильности и фискальная дисциплина критически важны для стран с формирующимся рынком и развивающихся стран (EMDEs), которые уже определяют состояние мировой экономики: они обеспечивают более половины глобального роста, их доля в мировом ВВП по ППС превысила 60%, а динамика ВВП в этом году превысит общемировую на 0,6 п.п. и составит 3,7%. Обеспечение свободного движения товаров, капитала и технологий – ключевое условие для долгосрочного глобального роста и экономической конвергенции.



Важнейшим драйвером экономического роста в условиях демографических проблем и роста торговых противоречий в мире является развитие технологий ИИ. При этом возрастает риск монополизации передовых технологий ИИ, которые должны служить на благо широкого круга стран, а не становиться инструментом экономической политики. Подобная концентрация ограничит доступ развивающихся стран к новым технологиям, а также усилит экономическое неравенство, что отрицательно повлияет на глобальное развитие.



Роль МВФ



МВФ создавался для содействия международному валютно-финансовому сотрудничеству, поддержания валютной стабильности, сбалансированного роста мировой торговли и помощи странам в преодолении трудностей с платёжным балансом. Этим целям служат три функции Фонда: надзор, кредитование и развитие потенциала стран, однако сегодня они ослабевают.



В части надзора значительное внимание Фонда уделяется факультативным направлениям, поэтому поддерживаем намерение Фонда вернуться к его ключевой задаче – анализу макроэкономической политики и подготовки для стран действенных рекомендаций.




С учетом снижения доли полностью успешных кредитных программ, МВФ должен играть большую роль в мониторинге и реализации мер в странах-членах, направленных на сокращение бюджетных дефицитов и госдолга, а также необходимо устранить пробелы, выявленные по итогам комплексного обзора надзорной деятельности МВФ. В первую очередь это касается соблюдения единого подхода и оценки внешних эффектов политики крупных экономик, включая торговые и финансовые ограничения.


Фонду необходимо уделять более пристальное внимание мониторингу системно значимых стран-эмитентов резервных валют и проводить анализ трансграничных эффектов. Без эффективного и беспристрастного надзора МВФ мировая финансовая система остается уязвима к рискам, которые передаются через каналы резервных валют остальным странам.





В части кредитования отмечаем высокую концентрацию портфеля Фонда, неоднородность применения правил и влияние политических факторов на отдельные решения МВФ.




Относительно состояния кредитного портфеля Фонда – более 61% непогашенного кредита МВФ приходится на пять крупнейших заемщиков. Высокая концентрация носит устойчивый характер: при растущих сроках кредитования состав крупнейших заёмщиков не меняется пять лет, а свыше 90% непогашенного кредита приходится на страны, сохраняющие задолженность перед Фондом более шести лет. Кредитование одних и тех же стран усиливает зависимость, требует повышенного внимания к созданию резервов, а также препятствует распределению средств в пользу наиболее нуждающихся, уязвимых стран.


Неоднородность применения правил наглядно проявляется в конкретных практиках, среди которых единовременное предоставление основной части средств по программам с повышенными рисками реализации, адаптация правил кредитования под конкретных заёмщиков. Эксклюзивные практики в пользу отдельных стран, разрушающие единообразие подходов в кредитной политике МВФ, недопустимы.


Одновременно с этим сохраняется проблема повторных нарушений в рамках отдельных кредитных программ. За период 2002–2024 гг. в 56% программ, в рамках которых странам предоставлялось разрешение отступить от количественных критериев реализации (QPC), нарушения повторялись. Умеренная гибкость при реализации программ может быть оправданной в условиях шоков, но повторные нарушения не должны становиться нормой. В таких случаях для сохранения дисциплины среди заемщиков Фонду следует устанавливать для стран более конкретные, измеримые и ограниченные по срокам корректирующие меры.





Считаем необходимым возвращение МВФ к соблюдению своего изначального, исключительно экономического мандата, что предполагает восстановление единых, прозрачных и недискриминационных подходов, разработки налогово-бюджетных рекомендаций странам и развитие инструментария за их жестким исполнением.



Российская экономика



С 2022 года в отечественной экономике проходит процесс масштабной структурной трансформации. Хозяйствующие субъекты перестраивали свои бизнес-модели и производственно-логистические маршруты, осваивали новые рынки сбыта, занимали освободившиеся от иностранных товаров и услуг ниши внутреннего рынка. Такие структурные изменения сопровождались масштабным повышением инвестиционной активности, созданием рабочих мест и повышением доходов граждан. Бюджетная политика содействовала подстройке экономики как за счет обеспечения ее общей экспансивной направленности с аллокацией дополнительных ресурсов на новые приоритеты, так и за счет налоговых преобразований и стратегической приоритизации расходов.



Сегодня наиболее форсированная фаза структурной трансформации отечественной экономики в значительной степени завершена. Быстрая адаптация отечественной экономики с достижением полной занятости на рынке труда при сохранении бюджетного импульса на повышенном уровне потребовала мер по охлаждению инфляционных процессов. Эффективные меры денежно-кредитной политики, направленные на охлаждение спроса, позволили смягчить инфляционный фон (годовая инфляция снизилась с 8,3% в среднем за период со II полугодия 2023 года по I полугодие 2025 года до 6,8% в среднем за период со II полугодия 2025 года) без значимого ухудшения ситуации на рынке труда (уровень безработицы остается вблизи минимальных исторических значений – 2,3% в июле 2026 года; реальная заработная плата сохраняет высокие темпы роста – 6,0% в январе–июле 2026 года). Согласно прогнозу Банка России, годовая инфляция составит 6,0–7,0% в 2026 году, вернется к 4,0% в 2027 году и будет находиться на этом уровне в дальнейшем.



В условиях текущей внешней нестабильности приоритетом бюджетной политики остается укрепление устойчивости государственных финансов. Для этих целей предусмотрены сокращение в структуре доходов бюджетов доли неустойчивых нефтегазовых доходов за счет снижения базовой цены на нефть в бюджетном правиле (до 50 долл. за барр. с 2027 года), повышение доли устойчивых ненефтегазовых доходов, а также мероприятия по консолидации бюджета. Проект бюджета на 2027-2029 годы предусматривает дефицит федерального бюджета на безопасном уровне около 2% ВВП, а уровень госдолга к 2030 году не превысит 25% ВВП, что позволит России сохранить лидирующие позиции среди стран G20 по уровню госдолга. Предусматриваемое в предстоящие годы продолжение нормализации бюджетной политики будет содействовать стабилизации инфляционных ожиданий, возвращению инфляции к целевому ориентиру и выходу экономики на траекторию сбалансированного и устойчивого развития.








[1] Global Debt Report, OECD 2026 https://www.oecd.org/content/dam/oecd/en/publications/reports/2026/03/global-debt-report-2026_59d2d627/e9d80efd-en.pdf